Сакураи но кэцубэцу

Размер:  5,23 МБ
Битрейт:  192 кбит/с
Длительность:  3:48 с
parting_at_sakurai_minatogawa_jinja.jpg
Прощание в Сакураи. Изображение со стенда на территории посвящённого Кусуноки храма Минатогава-дзиндзя (湊川神社) в Кобэ

Сакураи но кэцубэцу (桜井の訣別 Sakurai no Ketsubetsu, «Прощание в Сакураи»), она же Сакураи но вакарэ (桜井の別れ Sakurai no Wakare, «Расставание в Сакураи»), Дай-Нанко но ута (大楠公の歌 Dai-Nankō no Uta, «Песня о старшем Кусуноки») и Минатогава (湊川 Minatogawa, «Река Минато») — патриотическая песня 1899 года. Повествует о средневековом полководце Масасигэ Кусуноки, который прощается со своим сыном на почтовой станции Сакураи перед заведомо проигрышной битвой на реке Минато.

Сюжет песни восходит к эпизоду из военной эпопеи «Тайхэйки» (太平記 Taiheiki, «Хроника великого спокойствия»), созданной в конце 14-го века. Несмотря на название, «Тайхэйки» была посвящена очень неспокойным временам. Она повествовала о падении Камакурского сёгуната (1185—1333) и последовавшей за этим смуте. Одним из героев «Тайхэйки» был некий провинциал Масасигэ Кусуноки. О его происхождении нет достоверных сведений, а те, что есть, крайне противоречивы: имеются версии, что он был мелким самураем1, учёным, заготовителем киновари и даже, что наиболее вероятно, главарём разбойников2. Более-менее определённо его жизнь описывается лишь с того момента, когда он встал на сторону императора Го-Дайго в его конфликте с сёгунатом.

В средневековой Японии страной фактически управляли сёгуны, а императоры, хотя и занимали трон, были правителями лишь номинально. Го-Дайго, взошедший на престол в 1318 году, был недоволен таким положением и замыслил свергнуть сёгунат. Масасигэ Кусуноки был одним из тех, кто поддержал императора. После многих превратностей судьбы Го-Дайго добился своей цели: в 1333 году, свергнув камакурского сёгуна, он явился в Киото, где находился императорский дворец, объявил себя верховным правителем и щедро вознаградил своих сторонников3. В частности, он даровал Масасигэ Кусуноки герб, изображавший плывущую хризантему (菊水 kikusui). Хризантема являлась символом императоров, и позволение изображать её на гербе человеку, не принадлежавшему к императорской семье, было уникальным случаем в японской истории. Герб означал, что Кусуноки поддерживает Хризантемовый трон так же, как вода поддерживает на плаву хризантему4.

parting_at_sakurai_eikyuu_matsuoka.jpg
Прощание в Сакураи. Картина Эйкю Мацуоки (松岡映丘)

Несмотря на награды, среди самураев, поддерживавших императора, росло недовольство. Они видели, что Го-Дайго раздаёт главные государственные должности придворной знати, а не им, военной аристократии. Поэтому всего три года спустя генерал Такаудзи Асикага, бывший союзник императора, обратился против него. Асикага пошёл войной на Киото и взял город, выгнав оттуда императора. Императорские войска, собравшись с силами, выбили Такаудзи из Киото, однако тот на следующий год вернулся и снова подступил к императорской столице3. В этих обстоятельствах Го-Дайго созвал совет, чтобы решить, как обороняться. Масасигэ Кусуноки, считавшийся неплохим стратегом и одержавший несколько важных побед в борьбе против Камакурского сёгуната, советовал императору оставить Киото и позволить войску Такаудзи занять его. Однако придворные, полагая, что император потеряет лицо, если уйдёт из Киото во второй раз, убедили Го-Дайго в необходимости дать немедленный бой силам Такаудзи. Кусуноки видел, что битва будет заведомо проиграна. Однако, согласно «Тайхэйки», его преданность императору была настолько велика, что он не стал возражать против гибельного плана и с пятьюстами воинами отправился в область Хёго к реке Минато (территория современного города Кобэ), где уже стояли императорские войска. Он разрешил своему старшему сыну, десятилетнему Масацуре, некоторое время сопровождать себя, но, добравшись до почтовой станции Сакураи, позвал Масацуру, дал ему наставление верно служить императору и отослал домой к матери5.

Как и предполагалось, в битве при Минато, состоявшейся 5 июля 1336 года, императорские войска потерпели поражение. Кусуноки был окружён превосходящими силами Такаудзи и вместе со своим братом покончил с собой, чтобы не попасть в плен. Такаудзи дошёл до Киото, вторично взял город, низложил Го-Дайго и возвёл на престол нового императора. Го-Дайго же бежал в город Ёсино к югу от Киото и основал там параллельный Южный императорский двор. Масацура Кусуноки поступил на службу к сыну Го-Дайго, императору Го-Мураками, сражался на его стороне и погиб в одной из битв в 1348 году3. Южный двор в Ёсино продержался ещё несколько десятков лет, однако в конце концов императоры обоих дворов пришли к соглашению, и Южный двор был упразднён.

parting_at_sakurai_shimamoto_town.jpg
Памятник Масасигэ и Масацуре на месте бывшей почтовой станции Сакураи в посёлке Симамото уезда Мисима префектуры Осака. На постаменте видна надпись «погибнуть самому, послужив стране» (滅私奉公 messhi hōkō), выполненная на основе каллиграфии японского политика 1930-40-х годов Куниаки Коисо

Непоколебимая верность императору в заведомо безнадёжной ситуации, которую продемонстрировал Масасигэ Кусуноки, оказалась очень удобным идеологическим инструментом после свержения сёгуната Токугава (1603—1868) и восстановления императорской власти в эпоху Мэйдзи (1868—1912)6. Кусуноки был объявлен «идеальным самураем», император Мэйдзи возвёл его в божественный статус и приказал выстроить в его честь синтоистский храм Минатогава-дзиндзя7. В ходе Второй мировой войны Кусуноки сделался кем-то вроде святого покровителя камикадзе8; ему нередко приписывалась крылатая фраза «Семь жизней за императора» (七生報国 Shichishō Hōkoku), хотя согласно тексту «Тайхэйки» эту фразу произнёс брат Кусуноки1. Сомневаться в правдивости патриотических подвигов «идеального самурая», изложенных в «Тайхэйки», было опасно. Так, историк Ясуцугу Сигэно и его коллега Кунитакэ Кумэ ещё в начале эпохи Мэйдзи утверждали, что «Хронику великого спокойствия» нельзя считать достоверным историческим источником, поскольку она содержит большое количество морализма, преувеличений, неточностей и сведений, не подтверждающихся другими документами. Сигэно и Кумэ высказывали даже сомнения в историчности знаменитой сцены расставания в Сакураи, так как она не упоминалась нигде, кроме «Тайхэйки»1, и по их подсчётам Масацура Кусуноки на тот момент должен был быть намного старше 10 лет. Публика, однако, предпочла не доискиваться правды. Сигэно за свои старания получил от коллег презрительное прозвище «профессор-разоблачитель» (抹殺博士 massatsu hakushi) и вместе с Кумэ в конце концов лишился профессорского звания за отрицание «общепризнанных фактов»5, а сцена прощания Кусуноки с сыном была включена во все школьные учебники1.

Песня «Сакураи но кэцубэцу», основанная на этом эпизоде, также изначально писалась для школьников. Её слова и ноты были опубликованы в 1899 году под названием «Маршевая песня для школьников „Река Минато“» (學校生徒行軍歌湊川 Gakkō Seito Kōgunka Minatogawa)9. Автором слов был поэт Наобуми Отиаи, музыки — композитор Томоясу Окуяма10. «Река Минато» содержала длинное стихотворение из 15-ти строф с тремя подзаголовками: «Прощание в Сакураи» (6 строф), «Нападение вражеской армии» (2 строфы) и «Упорный бой у реки Минато» (7 строф)11. Песней стала только первая часть12. Она была повествовательной балладой, как и многие другие школьные песни, например, «Подполковник Татибана» (橘中佐 Tachibana-chūsa), «Самоотверженный матрос» (勇敢なる水兵 Yūkan Naru Suihei) или «Встреча в Шуйшиине» (水師営の会見 Suishiei no Kaiken)13. После поражения Японии во Второй мировой войне «Сакураи но кэцубэцу» была запрещена оккупационными американскими властями, однако в начале 2000-х годов японцы всё ещё хорошо помнили её1.

Текст

ОригиналТранскрипцияПеревод
青葉茂れる桜井のAoba shigereru Sakurai noНад переправой в деревне Сакураи, где [деревья покрыты]
里のわたりの夕まぐれSato no watari no yūmagureЯрко-зелёной листвой, [собирается] вечер.
木の下陰に駒とめてKonoshitakage ni koma tometeОстановив лошадь в тени деревьев
世の行く末をつくづくとYo no yukusue wo tsukuzuku to[Герой] глубоко [задумывается] над будущим эпохи
忍ぶ鎧の袖の上にShinobu yoroi no sode no e niСлеза это или роса
散るは涙かはた露かChiru wa namida ka hata tsuyu kaСкатывается на рукав его доспеха?
 
正成涙を打ち払いMasashige namida wo uchiharaiМасасигэ смахивает слезу
我子正行呼び寄せてWaga ko Masatsura yobiyoseteИ зовёт своего сына Масацуру:
父は兵庫に赴かんChichi wa Hyōgo ni omomukan«Твой отец направляется в Хёго,
彼方の浦にて討死せんKanata no ura ni te uchijini senЧтобы сложить голову в бою на далёком морском берегу.
汝はここまで来れどもNanji wa koko made kitsuredomoТы ехал со мной до этого места,
とくとく帰れ故郷へTokutoku kaere furusato eНо теперь скорее возвращайся домой».
 
父上いかにのたもうもChichiue ika ni no tamō mo«О отец, каковы бы ни были ваши приказы,
見捨てまつりて我一人Misutematsurite ware hitoriКак я вернусь, как могу вернуться
いかで帰らん帰られんIka de kaeran, kaerarenОдин, покинув вас?
この正行は年こそはKono Masatsura wa toshi koso waХоть я, Масацура, и молод годами,
いまだ若けれもろともにIma da wakakere moro tomo niЧто, если я отправлюсь с вами
御供仕えん死出の旅O-tomo tsukaen shide no tabiПо дороге, ведущей к смерти?»
 
汝をここより帰さんはNanji wo koko yori kaesan wa«Я тебя отсылаю
われ私の為ならずWare watakushi no tame narazuНе ради себя.
己れ討死なさんにはOnore uchijinasan ni waКогда меня убьют,
世は尊氏のままならんYo wa Takauji no mama naranТакаудзи станет править по своему усмотрению.
早く生い立ち大君にHayaku oitachi Ōgimi niТак взрослей же скорее, чтобы служить
仕えまつれよ 国のためTsukaematsure yo kuni no tameГосударю императору ради нашей страны.
 
この一刀は往し年Kono hitofuri wa inishi toshiВот меч, который много лет назад
君の賜いし物なるぞKimi no tamaishi mono naru zoБыл пожалован мне государем.
此世の別れの形見にとKono yo no wakare no katami ni toЯ дарю его тебе на память,
汝にこれを贈りてんNanji ni kore wo okuritenИбо оставляю этот мир.
行けよ正行故郷へYuke yo, Masatsura, furusato eТак отправляйся же, Масацура, в родную деревню,
老いたる母の待ちまさんOitaru haha no machimasanГде ждёт престарелая мать».
 
共に見送り見反りてTomo ni miokuri mikaerite[Отец и сын] посмотрели друг на друга на прощанье
別れを惜しむ折からにWakare wo oshimu ori kara niИ с неохотой расстались.
復も降り来る五月雨のMata mo furikuru samidare noА с неба, откуда лился летний дождь,
空にきこゆる ほととぎすSora ni kikoyuru hototogisuДоносился голос кукушки-хототогису.
誰か哀と聞かざらんDare ka aware to kikazaranКто может слушать её, не чувствуя печали?
あわれ血に泣く其声をAware chi ni naku sono koe woВедь она поёт, пока у неё не пойдёт горлом кровь1.

Пояснения к тексту

  • 1. Существует поверье, что хототогису (малая кукушка, Cuculus poliocephalus) якобы поёт так, что у неё идёт горлом кровь. В качестве причин возникновения такого поверья называют ярко-красный рот этой кукушки14 и пронзительность её крика, который звучит так, будто её смертельно ранили15. Одно из культурных значений хототогису в японской литературе — ассоциация со смертью и ностальгией по утраченному прошлому16.

Примечания

  • 1. a. b. c. d. e. Haruo Shirane Early Modern Japanese Literature: An Anthology, 1600-1900. Columbia University Press, 2013, ISBN 9780231507431. p. 915
  • 2. Айван Моррис «Благородство поражения. Трагический герой в японской истории», глава 6 «Семь жизней за страну», 2001, ISBN 5-89163-003-6.
  • 3. a. b. c. Stephen Turnbull The Samurai: A Military History. Routledge, 2013, ISBN 9781134243693. p. 93—97
  • 4. Stephen Turnbull Samurai Heraldry. Osprey Publishing, 2012, ISBN 9781782000143. p. 13
  • 5. a. b. William Theodore De Bary Sources of East Asian Tradition: Premodern Asia, Volume 1. Columbia University Press, 2008, ISBN 9780231143059. p. 768—770
  • 6. Peter Wetzler Hirohito and War: Imperial Tradition and Military Decision Making in Prewar Japan. University of Hawaii Press, 1998, ISBN 9780824819255. p. 69—71
  • 7. Emiko Ohnuki-Tierney Kamikaze, Cherry Blossoms, and Nationalisms: The Militarization of Aesthetics in Japanese History. University of Chicago Press, 2010, ISBN 9780226620688. p. 112
  • 8. Russell Spurr A Glorious Way to Die: The Kamikaze Mission of the Battleship Yamato, April 1945. Newmarket Press, 1995, ISBN 9781557042484. p. 50
  • 9. 學校生徒行軍歌湊川 Scholarly and Academic Information Navigator (копия в архиве интернета)
  • 10. 宮本昌子 「歌って健やか歌の玉手箱」 文芸社, 2007. ISBN 9784286029610. 34ページ
  • 11. 青葉茂れる桜井の 神戸市小学校教育研究会音楽部 (копия в архиве интернета)
  • 12. 「青葉茂れる桜井の」という歌い出しの楠木正成公の歌が15番まで載っている本がないか。 Официальный сайт префектуральной библиотеки Оиты (копия в архиве интернета)
  • 13. Hitotsubashi University Hitotsubashi Journal of Arts & Sciences, Volumes 13-20. Hitotsubashi Academy, Hitotsubashi University, 1972. p. 44
  • 14. Yoel Hoffmann 辭世: Written by Zen Monks and Haiku Poets on the Verge of Death. Tuttle Publishing, 1998, ISBN 9780804831796. p. 145
  • 15. Lafcadio Hearn In a Japanese Garden in The Atlantic Monthly, Volume 70. Atlantic Monthly Company, 1892, p. 30
  • 16. Haruo Shirane Traces of Dreams: Landscape, Cultural Memory, and the Poetry of Bashō. Stanford University Press, 1998, ISBN 9780804730990. p. 209
Качество: 
Average: 5 (1 vote)

Добавить комментарий

Материалы сайта частично доступны по лицензии CC-BY-SA (подробнее...)