Что такое гунка

Гунка (軍歌 Gunka, буквально «военная песня») — термин для обозначения военной музыки европейского типа, созданной в Японской империи за период от реставрации Мэйдзи (1868) до конца Второй мировой войны (1945). В самой Японии слово «гунка» обозначает военную музыку и песни о войне всех стран: русская «Катюша» и американский «Янки-дудль» для японцев — тоже гунка.

До периода Мэйдзи (1868—1912) в Японии не было никакой «централизованной политики» в области военной музыки. Разумеется, солдаты на маршах иногда распевали народные песни, а в бою использовались барабаны и трубы для подавания сигналов, однако ничего подобного армейским оркестрам и хорам европейцев в Японии не было; военным песням солдат также специально не учили. Со всем этим Япония познакомилась только в середине XIX века, начав модернизировать свою армию по европейскому образцу1. Первым военным маршем европейского типа считается песня «Отряд с обнажёнными мечами» (抜刀隊 Battōtai), написанная в годы самурайского восстания Сайго Такамори (1877)23. В целом же в начале периода Мэйдзи европейские композиторы, такие как ирландец Джон Уильям Фентон, француз Шарль Леру и немец Франц Экерт, внесли значительный вклад в развитие японской военной музыки4.

В начальный период существования Японской империи песни, считавшиеся военными, нередко создавались не для армии, а для школы, и уже потом переходили в «военную» область. «Школьные» песни, называвшиеся «сёка» (唱歌 shōka, означает буквально «песня»), изначально задумывались правительством Мэйдзи как обыкновенный инструмент музыкального образования по европейскому образцу. Однако вскоре, почувствовав, что школьные песни можно использовать и для воспитания в детях патриотических чувств, японское правительство принялось использовать их в пропагандистских целях. Например, известный воинственный марш «Пусть враг неисчислим» (敵は幾万 Teki wa Ikuman) времён первой японо-китайской войны (1894—1895) был написан именно как школьная песня5.

Кроме яростно-патриотических песен, прославлявших военные подвиги, были и другие, более лиричные, повествовавшие о тяготах военной службы, о тоске по мирным временам и гибели друзей-однополчан. Так, большую популярность получила песня «Боевой товарищ» (戦友 Sen'yū) времён русско-японской войны (1904—1905), состоявшая из 14-ти куплетов и рассказывавшая о смерти товарища на поле битвы. В годы Второй мировой войны (1941—1945 для Японии) она была запрещена правительством как деморализующая6, однако её продолжали петь неофициально. То же случилось и с песней «Маршем по снегу» (雪の進軍 Yuki no Shingun) времён первой японо-китайской войны, в которой автор выражал отвращение и усталость от солдатской жизни.

Начиная со второй японо-китайской войны (1937—1945) крупные японские газеты при поддержке правительства устраивали среди населения конкурсы на написание военных песен. При этом, разумеется, одобрялись лишь песни, соответствующие государственной идеологии7, хотя в целом привлечение простых людей к созданию песен уменьшало впечатление о них как о насильственно внедряемой госпропаганде. Одной из чрезвычайно популярных композиций, созданных таким образом, стал «Патриотический марш» (愛国行進曲 Aikoku Kōshinkyoku), выпущенный на пластинках сразу шестью звукозаписывающими компаниями и достигший тиража в более чем миллион копий8. Ещё одной известной «народной» песней того периода была «Отец, ты был сильным» (父よあなたは強かった Chichi yo, Anata wa Tsuyokatta), в которой прославлялись доблесть и подвиги отцов, мужей, друзей и сыновей9.

Государственные пропагандистские песни, разумеется, тоже продолжали создаваться, причём по мере ухудшения военного положения Японии на китайском и тихоокеанском фронте в первой половине 1940-х годов градус патриотизма в них повышался, а доблесть японских солдат и их успехи преувеличивались, чтобы отвлечь население от жестокой реальности. Такова, например, написанная в 1944 году идеалистическая песня «Вплоть до дня победы» (勝利の日まで Shōri no Hi made), созданная в то время, когда победа уже стала весьма призрачной10. Однако полностью скрыть от людей ситуацию власти не могли, и ближе к концу войны стали появляться песни, в которых ни о какой победе не шло и речи. Напротив, в них говорилось о неизбежной смерти в бою, а сама смерть прославлялась и эстетизировалась. Наиболее известная из таких песен — «Одновременно расцветшие цветки сакуры» (同期の桜 Dōki no Sakura). Её упоминал в своей книге «Писатель и самоубийство» Борис Акунин, замечая, что «в любой другой армии от такой строевой песни началось бы дезертирство, у японцев же она повышала боевой дух»11.

В 1945 году после поражения Японии во Второй мировой войне американское оккупационное правительство запретило большую часть военных песен, однако они продолжили жить в народной памяти. Их пели как ветераны войны на своих встречах12, так и люди, проведшие годы войны в тылу. Жители ранее оккупированных Японией территорий, таких как Папуа — Новая Гвинея или Палау, за время японского владычества запомнили множество военных песен: их передавали по радио спустя годы после войны13, а к мелодиям некоторых песен придумывали новые слова на родных языках1415. Солдаты японских Сил самообороны ещё долго после войны неофициально учили слова старых песен, поскольку новые, прославляющие мир, казались им слишком детскими. Армейские музработники, впрочем, старались выбирать из старого наследия не слишком воинственные тексты15 В Японии середины 1990-х годов диски с военными песнями свободно продавались и были весьма распространены16.

Таким образом, военные песни сохранились в народной памяти японцев, несмотря на то, что прошли десятки лет после войны. Как отмечает исследовательница Дзюнко Оба, ветераны особенно хорошо помнят не идеалистические пропагандистские марши, а грустные песни последних годов войны17 — японской культуре присущи сочувствие и симпатия проигравшей стороне (判官贔屓 hōganbiiki)18. Впрочем, националистов, предпочитающих именно марши, в Японии тоже хватает — как и тех, кто военные песни вообще не любит, поскольку они ассоциируются с фанатичным милитаризмом, который Япония оставила в прошлом. Однако военные песни, независимо от отношения к ним, — важная часть истории и массовой культуры страны, достойная изучения.

Примечания

  • 1. Junko Oba To Fight the Losing War, to Remember the Lost War: The Changing Role of Gunka, Japanese War Songs in Richard King Global Goes Local: Popular Culture in Asia, 2002, ISBN 9780774808750, p. 227
  • 2. Takeshi Kodama Popular Song of the Meiji Era: A Study of Hayariuta and the Nature of Their Popularity Based on Song Collections in the Kindai Digutal Library, thesis for University of New England, 2010, pp. 92—94
  • 3. Satoshi Sugita Cherry blossoms and rising sun: a systematic and objective analysis of gunka (Japanese war songs) in five historical periods (1868-1945), thesis for Ohio State University, 1972, p. 23—24
  • 4. Oba, 228
  • 5. Oba, 231
  • 6. Sugita, p.34
  • 7. Sugita, 14
  • 8. Oba, 234
  • 9. Sugita, 45-46
  • 10. Sugita, 56
  • 11. Григорий Чхартишвили «Писатель и самоубийство», Раздел V. География, Самоубийство по-японски. 2010, ISBN: 978-5-8159-0975-5
  • 12. Sugita, iii
  • 13. Sugita, iv
  • 14. Oba, 235
  • 15. a. b. Sugita, v
  • 16. Oba, 240
  • 17. Oba, 241
  • 18. Айван Моррис «Благородство поражения. Трагический герой в японской истории», глава 5 «Победа через поражение», 2001, ISBN 5-89163-003-6.
Качество: 
Average: 5 (2 votes)

Добавить комментарий

Материалы сайта частично доступны по лицензии CC-BY-SA (подробнее...)